Протягивать руку непросто, но заразительно.Если это рука человека, не Бога,«Но так Его же нет», – скажете вы язвительно,Стоя с рождения у Его порога.
Мы не привыкли к Его объятиям,Только холод гранитных половГреет колени сестрам и братьям,Просящих мира без сирот и вдов.
Запах Его нам известен по ладануИли когда затухает свеча.Смотрим на купол мы, неф или пагоду,Думаем встретить Его сгоряча.
«Спаси и сохрани меня, Господи», –Шепчем, когда уже без шансов:В оковах, окопах и госпитале,Когда не до песен и не до танцев.
Хоть и живу, не снимая крестик,Кажется мне, что давно не верю,Не встречался Его мне наместник,Не молюсь я Ему, не говею.
Только когда среди диких полейПосле грозы я, промокший до нитки,Жадно глотаю холодный борей,Скрип вспоминая домашней калитки,
Только тогда понимаю я вновь,Что на земле Он, как и на небе,Рука дающего Он и кровь,Что проливалась на жизненный стебель.
Он и слеза безответной любви,Он и прощенье твоего обидчика,Он и уход от простой судьбыВертухая или опричника.
Щекотящая ноги златая рожь,В пору голода он дикое яблоко,Он забытой прабабушки ценная брошь,Он в пустыне заветное облако.
Он и в горе твоем, когда потерял,В белой косточке на фортепьяно,В твоей помощи Он тем, кто страдал,В твоей песне, трезвой и пьяной.
Он и мать твоя, и отец,Он и есть весь ты плоть от плоти,Слово «да» Он перед обменом колец,Он в весне соловья каждой ноте.
Только тогда, когда к небу глазаЯ поднимаю в широкой улыбке,Я понимаю, что Он и гроза,Он и тот скрип у домашней калитки.
30.01.2024